Ms. D.
Задание: кроссовер с fandom James Bond 2013
Название: Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен
Автор: Mrs. D.
Бета: fandom Tainyi Gorod 2013
Размер: 4142 слова, миди
Персонажи: Кортес|Бонд, Сантьяга
Категория: джен
Жанр: экшн
Рейтинг: PG
Краткое содержание: Кортес еще никогда не был так близок к провалу
Примечание: AU,таймлайн сдвинут: наши дни, но Кортес все еще ничего не знает о Тайном Городе.


1.1.
Хитроу под утро отвратителен: засыпающий прямо за своими стойками персонал и вялые скучающие таможенники. Даже таксисты смотрят на выходящих из стен аэропорта пассажиров как-то необычно пренебрежительно. Кажется, в это время можно протащить пару килограмм героина, или оружия — никто и не заметит. Бонд сам так делал несколько раз.
Он вышел из аэропорта и на секунду остановился, чтобы вдохнуть ощущение просыпающегося Хитроу. В воздухе запах дешевого кофе (ближайшее кафе в двадцати метрах слева), выхлопные газы, от которых в Англии можно избавиться разве что в горах Шотландии, и приторный, ударивший прямо в ноздри запах давно не модного Kenzo. Бонд резко подался вправо, и девица с огромным чемоданом (лет двадцать, три сережки в ухе, ярко-красные губы, волосы, забетонированные лаком) почти пролетела в нескольких сантиметрах от него.
Бонд невозмутимо пожал плечами, поправил дорогой галстук ручной работы и пошел на парковку. Как и было обещано, там его уже ждал серебристо-бежевый Aston Martin (усиленный двигатель, датчики на ручках дверей запрограммированы на отпечатки пальцев, встроенный GPS с картами, на которых отмечены все объекты Британии, включая закрытые территории).
Бонд откинулся на кожаное сиденье водительского кресла и погладил кончиками пальцев руль. Он до сих пор не понимал, зачем его вытащили посреди миссии в ЮАР и приказали срочно лететь в Лондон.
Если он поторопится, то успеет прибыть на Воскхолл-кросс, 85 через полчаса, до того как Лондон погрузится в бесконечные пробки.
Пробки Бонд ненавидел.

1.2.
Кортес сошел с трапа самолета под утро, едва забрезжил рассвет и сразу окунулся в по-английски чопорную суету Хитроу. Тут даже опаздывать умудрялись неторопливо.
Кортес в куртке Marks & Spencer, джинсах от Levi’s и ботинках Timberland легко слился с толпой, носящей одежду тех же самых марок, массовых и вездесущих, и вряд ли кто-то смог бы его выделить из людского потока, направляющегося к стоянке.
За время его отсутствия ничего не изменилось — все те же легендарные лондонские кэбы — садишься в них и, кажется, будто едешь не в пространстве, а во времени и выйдешь уже где-то на грани веков, когда барышни носили длинные юбки и закрывались от любопытных глаз кокетливыми кружевными зонтами, а джентльмены раскланивались друг с другом и обсуждали погоду.
Погоду, впрочем, обсуждали и сейчас. Таксист трещал о волнениях рабочих в предместьях, об ужасающей социальной политике правительства, о психах-шотландцах, решивших отделяться, и о том, что принц Гарри (это он произносит настолько гордо, что Кортесу стоит значительных усилий не приподнять насмешливо бровь) уничтожил какого-то, без сомнения, опасного террориста. Там, в Ираке, — таксист махнул рукой куда-то в сторону — видимо, считал он, там и находился пресловутый Ирак.
Кортес слушал болтовню таксиста очень внимательно — детали в его работе значили все.
Наемник расплатился наличными и вышел прямо у входа в свой отель (Crowne Plaza City, 4*, 19 New Bridge Street, в самом центре Сити, недалеко железнодорожная станция, 30 километров от Хитроу). Зарегистрировавшись ( — Добро пожаловать, мистер Линдсен. — Благодарю, — коротко бросив взгляд на бейджик, и не забывая улыбнуться. — Мэри), он заперся в номере (single standart, wi-fi за дополнительную плату) и, лениво разбирая вещи, наконец, позволил себе задуматься о задании.

2.1.
У Мэллори было сумрачно: окна, зашторенные плотными тяжелыми портьерами, не давали неожиданным солнечным лучам потревожить жившие в кабинете тени.
Бонда не покидало ощущение, что дух старой М все еще здесь. Несмотря на то, что она и Мэллори были совершенно разными Должно быть, дело в тенях и в запахе: сухом и каком-то душном. Так пахнут бумаги, вытащенные из архива, или разрытые могилы давно похороненных государственных тайн, а иногда здесь веяло скандалом. Хотя есть и другое объяснение: просто здесь никогда не открывают окон, и постоянно работала сплит-система.
От самого Мэллори пахло сигаретами и усталостью: то ли не спал всю ночь, то ли просто напряженная последняя неделя.
— Ваше задание, — папка с пометкой «TOP SECRET» ( тонкая желтоватая бумага — отлично горит, идеально пропечатанный шрифт, копий нет, из кабинета не выносить) легла прямо перед Бондом.
Он взял ее осторожно, но уверенно, как в Индии факиры берут в руки змей, и начал чтение.
Через двадцать три минуты Бонд небрежно кинул папку обратно на стол и уперся взглядом в Мэллори.
— Это действительно секретные документы или черновик Джоан Роулинг?
Это было все, что он спросил, прежде чем покинуть кабинет.

2.2.
Кортес разобрал вещи, заказал кофе и континентальный завтрак в номер, открыл ноутбук — гугл приветливо ответил на поисковой запрос, выдавая биографию лорда Блейка и его пресс-портрет. Приканчивая вторую чашку кофе, Кортес уже знал, что Блейк достаточно влиятелен на острове: входит в палату лордов, весьма уважаем в политических кругах, является членом партии лейбористов и прочится на одну из ключевых должностей в теневом кабинете по итогам следующих выборов.
У него есть жена (испанка, когда-то фотомодель, сейчас домохозяйка, предпочитает платья от Armani, увлекается конным спортом, два раза в год посещает таймшер где-то на Карибах) двое детей (сын: диплом Оксфорда, квартира в престижном Челси, собственный бизнес; дочь: учеба в Кембридже, сейчас в Австрии катается на лыжах), любовница — секретарша какого-то босса в британской разведке (высокая стройная афробританка, не расстающаяся со строгими костюмами, с виду холодная как ледышка), и шикарное поместье в Лестершире (15 гектаров земли, трехэтажный дом, постройки конца шестнадцатого века: 15 спален, каминный зал, зимний сад).
Лорд Блейк — поверенный и близкий друг его цели, ключик, которым можно попробовать открыть загадку по имени Густав Луминар.

1.3.
Лондон утопал в моросящем дожде, и Бонд с трудом протискивался по запруженным водой и машинами узким улочкам, чтобы добраться до своей квартире в Челси.
Поворачивая ключ в двери, Бонд уже знал, что в квартире кто-то есть: в подъезде едва уловимым ароматом стелились женские духи, тяжелые и тягучие, как нефть или специи из Южной Америки.
Когда Бонд зашел в квартиру, он уже понял, что его посетила Манипенни — только она может быть так беспардонно находчива и так вовремя снимать с плиты кофе.
Она стояла в проеме двери с чашкой дымящегося кофе в руке, и в квартире вдруг стало почти солнечно, несмотря на изморозь за окном, наверное, из-за запаха перца и корицы.
— Привет, — насмешливо сказала она.
— И тебе не стрелять, — в ответ ухмыльнулся он, и добавил: — Я уже выразил соболезнования М, он же лишился секретарши.
Манипенни только поджала губы: она хорошо держала удар:
— Зато получил незасвеченного полевого агента. И кстати, по легенде я все еще его секретарша.
— А он экономный, наш Мэллори. Не ожидал.
Они расположились в гостиной и весь вечер просматривали документы.
История была почти сверхъестественная: документы из совершенно секретного хранилища оказались у не имеющего к нему отношения человека. Хранилище не взломано, никаких несанкционированных посещений не было, мало того, санкционированных посещений не было тоже. По всем законам физики документы с тайнами британской короны должны мирно покрываться пылью, но каким-то образом оказались у члена парламента лорда Блейка. И лорд Блейк собирался дать этим документам ход.


2.3.
В течение нескольких следующих дней Кортес делал десятки звонков, встречался с людьми, которых не видел уже лет десять, пил по самым грязным лондонским пабам и флиртовал с английскими леди на дорогих вечеринках. Кортес восстанавливал старые связи, аккуратно подкрадываясь к Блейку и его окружению, но все еще не знал, как подступиться к заданию Сантьяги.
Сам Сантьяга для него оставался такой же загадкой, как и Густав Луминар.
Кортес выключил ноутбук и лег на кровать, как всегда, чтобы лучше сосредоточиться, закрыл глаза и упал в осенний жаркий вечер.
Кортес всегда тщательно продумывал свои пути отхода, поэтому после миссии в Турции он взял билет Анталья-Краснодар (эконом-класс, туристический рейс, прилет в 15:20, аэропорт Пашковский), и уже затем собирался направиться поездом в Москву.
Его планы изменились после звонка Сантьяги. Сам Сантьяга (рост 1,97, черные волосы на пробор, глубоко запавшие глаза, тонкие губы, шикарные светлые костюмы, запонки на заказ, вставки — черные бриллианты), то ли испанец, то ли португалец, с поразительно чистым русским выговором, нашел его пару лет назад, предложив настолько заманчивый контракт, чтобы нелегальный сотрудник русской СВР по кличке Чума не смог отказаться. При первой же встречи Чума назвался Кортесом, сам не знал почему, возможно, из-за того, что контракт был в Южной Америке.
Чума продолжал работу на разведку, которая становилась для него все более скучной, и иногда выполнял поручения возникающего как черт из табакерки Сантьяги. Ничего предосудительного: никаких шпионских игр, никаких государственных тайн. Зато хорошие деньги.
Они пообедали в «Grey Gooze» ( стекло, бетон, металл, два этажа, приватная зона, фейс-контроль на входе), и Кортес понял, что в Москву он не полетит.
— Это очень важно, — сказал Сантьяга. — Может быть, от выполнения этого контракта зависит ваше будущее.
— Вы так странно называете нашу сделку — контракт, — отставив чашку кофе, задумчиво произнес Кортес.
— У нас так принято, — мягко пояснил Сантьяга и положил перед Кортесом миниатюрную черную флешку. — Все подробности здесь.

1.4.
Целью Бонда был стальной кейс в особняке лорда Блейка в Лестершире (15 гектаров земли, территория вокруг покрыта лесом, камеры по периметру и внутри территории, вооруженная охрана). Манипенни несколько месяцев вынюхивала, где объект прячет наиболее важные бумаги.
Времени у Бонда было — две недели. Аналитики МИ-6 считали, что во время приема в особняке лорд Блейк передаст интересующие их документы своему близкому другу Густаву Луминару, а с Густавом Луминаром почему-то не желал связываться никто, включая и секретную службу Ее Величества, и ее младшую сестру, отвечающую за внутреннюю безопасность королевства.
Бонд даже не хотел знать, кто такой этот Густав Луминар, достаточно взглянуть на фотографию — человек с таким взглядом не лучшая кандидатура для врага.
Манипенни достала Бонду приглашение на прием в Лестершире, представив его как своего бывшего любовника, финансового консультанта со связями в Штатах. Учитывая интересы лорда Блейка в Нью-Йорке, наживка была стопроцентно верная.
План Бонда — не тот, что ему презентовали на минус втором этаже на Воксхолл-кросс умники из отдела техобеспечения, план Бондабыл чистой импровизацией. Лорд Блейк слишком хитрая змея, чтобы быть вот так просто просчитанным, пусть операцию и готовил сам Кью лично.

2.4.
Благодаря своим обширным связям Кортес познакомился с леди Элен Гамильтон (высокая брюнетка, сорок восемь лет, пластика груди, общее состояние оценивается в пятнадцать миллионов фунтов стерлингов, поместье в Йоркшире, особняк под Глазго, предпочитает BMW и водку с апельсиновым соком, иногда пьет «Маргариту», не любит говорить о политике, участвует в программе “Greenpease») и через три дня, проведенных в чудном частном пансионате в пригороде Лондона, получил приглашение на «дружеские посиделки» у лорда Блейка в качестве спутника прекрасной Элен.
Кортесу пришлось заказывать смокинг: он обзвонил все ателье, но все либо разводили руками, либо предлагали фабричные подделки. Наконец, Кортес нашел старичка портного, держащего небольшой магазин возле Тауэра.
Вывеска потемнела от сырости, да и стекла на окнах давно никто не мыл, сам хозяин (невысокий, плотный, курит сигары, разведен, одежду не покупает — все, что на нем, ручная работа) заставил ждать себя двадцать минут и, услышав просьбу Кортеса, неодобрительно хмыкнул. «Смокинги не шьют за неделю, — пренебрежительно сказал он и добавил убежденно: — Хорошие смокинги».
Кортесу пришлось объяснять, что ему нужен приличный смокинг, без хорошего он вполне обойдется, и после выложить сумму денег такую же приличную как и желаемый им смокинг.
Через неделю он вернулся за своей покупкой. Хозяин смотрел на него все так же неодобрительно, зато лощеному англичанину, который терся неподалеку от Кортеса, улыбался вполне благожелательно (— Заходите еще, мистер Бонд, не часто приходится работать с джентльменом, у которого идеальный вкус).
Позже, уже в отеле, Кортес вспомнил, что видел этого англичанина в Хитроу в день своего приезда.

1.5.
Следующие пару недель Бонд вживался в роль финансового аналитика: изучал вещи в своей новой квартире в Белгравии, сходил на пару благотворительных вечеров, и не смог себе отказать в удовольствии сыграть на бирже, естественно, на деньги британского правительства.
По случаю он даже зашел к мистеру Гэмбелу за заказанным четыре месяца назад смокингом — миссии не позволяли забрать его в срок, но старик, кажется, в обиде не был.
Приходя домой, Бонд садился за компьютер и часами бродил по смоделированному Кью особняку лорда Блейка.
Большая гостиная, синяя гостиная, тростниковая спальня, нижний зал для приемов, верхняя бильярдная, хозяйские комнаты — Бонд выучил все, каждый сантиметр обивки стен, каждый незаметный коридор.
Биография слуг и их привычки, во сколько приезжает молочник, когда подают чай — Бонд действительно знал все.
Все, кроме того, где лежит чертов кейс. Это нервировало.
Про кейс ему рассказала Манипенни: Блейк притащил его в дом после какой-то встречи и носился с ним, как с писаной торбой: сначала засунул в сейф, но когда Манипенни ночью проникла в его кабинет и вскрыла сейф, кейса там не было. Где он, она не знала, но на то, что кейс все еще в доме, была готова поставить и квартиру в Найтсбридж, и годовой абонемент в фитнес-клуб. Зная Манипенни, абонемент чего-то да стоил.

2.5.
По приезду в Лестершир (швейцар у крыльца, мальчишка, забравший ключи от машины, резная ручка двери, камеры последней модели) Кортес помог отнести их с Элен вещи в шикарную спальню в гавайском стиле и, оставив леди прихорашиваться, отправился путешествовать по дому.
Он почти не удивился, встретив того самого англичанина из магазина портного на третьем этаже возле библиотеки. Они раскланялись, как в романах девятнадцатого века, и посмотрели друг на друга.
Кортес сразу понял, что напротив него затаился хищник с безмятежным взглядом в отвратительно дорогих, начищенных до блеска туфлях — и он уже знает, что Кортес произошел от той же породы.
Бонд, вспомнил он, так его называл портной.
— Тоже здесь, мистер Бонд? — с йоркширским акцентом произнес Кортес, нахально улыбаясь.
Если он ошибся, его собеседник удивится, все попадут в неловкую ситуацию, а Кортес вздохнет спокойно. Но продолжит пристально наблюдать.
Бонд, или еще не Бонд, посмотрел на него своими льдистыми голубыми глазами, и от этого взгляда любой на месте Кортеса почувствовал бы себя «Титаником».
— Захотелось развеяться, — Бонд продолжал вежливо улыбаться. — Полагаю, так же, как и вам.
Он не двигался, продолжая гипнотизировать Кортеса взглядом, готовый продолжить диалог при любом его повороте.
Кортес провел ладонью по короткому ежику волос, улыбаясь так же, безмятежно, как его собеседник, и оборвал диалог:
— Увидимся.
Он был еще не готов раскрывать карты.

1.6.
Это была уже вторая стопка водки, которую опорожнил Бонд. Ситуация становилась все более непредсказуемой.
Человек, остановивший его около библиотеки, несомненно, был ему знаком. Мало того, он тоже его знал.
Человек Блейка? Нет, первый раз Бонд увидел его в Хитроу — тогда он еще не знал о задании, впрочем, утечку все равно исключать было нельзя. Но если бы он был человеком Блейка, Бонда бы уже вышвырнули отсюда. Встреча с Густавом Луминаром — не то событие, которым следует рисковать, чтобы посмотреть на трепыхания английского шпиона.
Бонд плеснул себе еще стопку водки.
Еще была встреча у Гэмбела: это могло означать либо продолжение слежки, но Бонд слежки не чувствовал, либо хороший вкус его знакомого незнакомца.
Человек Блейка или еще один охотник за кейсом?
Бонд залпом выпил третью стопку водки и закрыл глаза.
Он просидел так, откинувшись на спинку кресла, минут двадцать, и могло показаться, что он заснул.
Через двадцать минут Бонд резко открыл глаза и усмехнулся.
Манипенни все равно не знала, где Блейк спрятал чертов кейс, так может быть, его невольный соперник более информирован?

2.6.
Элен устроилась на огромной кровати в кружевном воздушном халатике, и ей не нужно было что-то говорить: Кортес прекрасно знал свою роль.
Наверное, она была бы удивлена, сумей прочитать его мысли, потому что в то время, когда ладони Кортеса ласкали ее полные груди, сам он думал не о прелестях раскинувшегося перед ним женского тела.
Кто он такой, этот Бонд?
Еще один наемник Сантьяги? Человек Блейка? Или даже Густава Луминара?
В Бонде чувствовалась скрытая сила того, кто знает себе цену и уверен, что за его спиной хороший, железобетонный тыл.
Кортес вот тыла в лице Сантьяги не чувствовал.
Значит, Блейк или Луминар.
Элен вцепилась острыми коготками ему в плечи и довольно застонала.
Кортес потянулся к чуть приоткрытым губам любовницы.
Что ж, в таком случае за этим загадочным мистером Бондом стоит присмотреть.

1.7.
Прием действительно впечатлял: огромная гостиная была наполнена маленькими черными платьями и туфельками из Милана, смокингами от лучших портных Европы, сигарами с Кубы и запахом давно непроветриваемых шкафов с фамильными скелетами.
Бонд выбрал себе тихий уголок у покерных столов и лениво наблюдал как Манипенни под руку с лордом Блейком встречает гостей. Возможно сейчас, когда она бросает едва заметный тревожный взгляд на Бонда, она теряет шанс стать женой видного парламентария.
Все такого рода пафосные приемы заканчивались банальными попойками: со сползшими бретельками платьев от ведущих дизайнеров и вовремя остановленным секьюрити мордобоем.
Момент когда прием перерастает в скандал самый удачный для того дела, благодаря которому он появился здесь.
Лорд Блейк с Маннипенни вцепившейся ему в руку подошлик нему и Бонд раскланялся с хозяином дома.
Они перекинулись ничего не значащими обещаниями ( - Нам многое нужно обсудить, мистер Бонд. – Всегда рад, лорд Блейк. Позвольте поцеловать руку вашей прекрасной спутнице.) и Блейк удалился, ведомый нашедшей новую жертву Маннипенни.
Кажется, некоторым опасно настолько вживаться в роль.
Бонд проводил их взглядом и наткнулся на своего недавнего собеседника (- Мистер Линдсен, - отчитывается Манипенни, - Швед, 42 года, нефтяной бизнес. – Он такой же швед как я русский, - бросает Бонд. – Кто его знает какие у тебя корни, Джеймс).

2.7.
Блейк плл шампанское (Pol Roger, Cuvee "Sir Winston Churchill", второй бокал за вечер) перемещаясь между гостей под руку со своей любовницей. Кортес лениво следил за ним, и за всем огромным залом, наполненным невозмутимыми мужчинами, от которых пахло деньгами, родословными в несколько поколений, сводками с биржи и политикой, присматривался к женщинам с замысловатыми прическами, у которых бриллиантовые колье подчеркивают элегантность черных вечерних платьев, именно так, не наоборот. Зал был наполнен пузырьками шампанского, неторопливыми разговорами и флиртом.
На другом конце зала у покерных столов Кортес заметил Бонда (смокинг Brioni, серебряные запонки, рубашка из белоснежного хлопка Turnbull & Asser), который также как и Кортес лениво осматривал зал. Бонд перехватил скользнувший по нему взгляд, безошибочно определяя его обладателя и вежливо улыбнувшись отсалютовал Кортесу бокалом. Наемник сдержался, чтобы не чертыхнуться – всегда неприятно быть раскрытым, - и повторил жест Бонда.
Времени почти не оставалось, Сантьяга четко проинструктировал, что все должно закончиться до приезда Густава Луминара ( не ранее половины десятого вечера, когда окончательно стемнеет).
Инструкции ясные: Кортесу необходимо добыть шкатулку черного дерева со вставками из оникса(местоположение: кабинет на третьем этаже, ключ у Кортеса, шкатулка в кейсе, спрятанном в тайнике за картиной Пикассо).
Пора действовать.
- Дорогой, - Элен как всегда некстати, - Принеси мне коктейль, пожалуйста
Кортес скрыл за улыбкой, готовый вырваться наружу недовольный рык и пошел искать «Маргариту».
Часы в холле пробили девять.

1.8.
Бонд лениво цедил сухой мартини и наблюдал за увязшим в дамских желаниях господином Линдсеном. Тот явно нервничал: для окружающих он все еще выглядел чуть ленивым, возможно не слишком умным орангутангом на поводке у своей хозяйки, но Бонд прекрасно чувствовал как напряжены плечи под достаточно приличным смокингом. Да и недалеким самцом, мистера Линдсена мог бы назвать только окончательный придурок или слишком погруженный в свои интриги человек.
В зале таких было большинство.
Пожалуй, следовало помочь мистеру Линдсену. В конце концов он не Парис, а его дама не прекрасная Елена.

2.8.

Кортес уже подумывал добавить в «Маргариту» что-нибудь из тех вещичек, которых не было в рецепте, чтобы нейтрализовать свою спутницу на остаток вечера.
Это было не совсем этично и не совсем честно по отношению к Элен, но контракт не оставлял ему выбора.
Крупинка сильного транквилизатора упала на дно коктейля: Элен выпьет напиток, и через двадцать минут Кортес унесет свою пассию, чувствующую себя нехорошо в номер. Дальше безмятежный сон для леди Гамильтон и выполненное задание для него.
Кортес развернулся, собираясь преподнести своей даме бокал и замер.
Его дама, совершенно искренне и как-то по девчачье смеялась шутке держащего ее за руку Бонда.
Кортес медленно поставил «Маргариту» на стол.
Если рассуждать по мужски хотелось подойти к лощеному британцу и совершенно по-русски набить ему морду.
Но Кортес в первую очередь был наемником, и поэтому улыбнувшись исчез в неприметную дверь, ведущую, как он знал, на второй этаж.
Если бы он видел, как Бонд посмотрел ему вслед, он бы остался и принес бы им обоим яду: и Бонду и изменнице Элен.

1.9.
Вряд ли бы, судя по вскользь брошенному на них взгляду, господин Линдсен сказал спасибо мистеру Бонду, но это было единственным способом заставить его действовать.
Леди Гамильтон действительно была очаровательна, несмотря на свои сорок восемь лет и огромное состояние, которое, несомненно, должно было испортить характер его обладательнице.
Пофлиртовав еще несколько минут, Бонд отлучился за очередным коктейлем для того, чтобы больше не вернуться.
Что непозволительно для штатного кавалера, которым и был мистер Линдсен, вполне приемлемо для полузнакомого джентльмена, которым и являлся Джеймс Бонд.
Бонд выскользнул в малоприметную дверь, которой пользовались официанты, и, поднявшись по узкой лестнице, оказался на втором этаже особняка.

2.9.
Казалось, вся жизнь в особняке сосредоточилась на первом этаже – там, где проходил прием.
Кортес осторожно шел по скрадывающим шаги коврам и только раз вздрогнул, посмотрев на часы — половина десятого, с минуты на минуту должен был приехать Густав Луминар.
Пару раз он чуть не наткнулся на щебечущих о чем-то своем горничных, прячась в ответвлениях коридоров, и без пятнадцать десять оказался у двери кабинета.
Ключ, который дал ему Сантьяга, был странным — просто плоский кусок плохого, с черной взвесью, металла (— Просто приложите к замочной скважине, подождите три секунды и открывайте дверь).
Кортес хмыкнул, но выполнил инструкции. Когда он входил, дверь даже не скрипнула.
Кабинет был роскошен: огромное нутро камина, мебель из красного дерева, картины, развешанные по стенам. Сантьяга явно бывал тут, раз уточнил, что Кортесу нужен именно Пикассо.
Наемник мельком взглянул на работу и со спокойной уверенностью снял полотно со стены.
Что делать с тайником за картиной, он знал.

1.10
Бонд достал пистолет и замер возле двери в кабинет лорда Блейка от шепотка в ухе: Манипенни улучила минутку, чтобы доложить, что происходит внизу (— Приехал Густав Луминар, мой лорд занервничал. Решай свои дела быстрей, Джеймс).
Он распахнул дверь, и стук дерева о стену слился с автоматной очередью откуда-то снизу.
Бонд перекатился по мягкому персидскому ковру и выхватил кейс из рук обернувшегося на звук господина Линдсена.
Надо отдать тому должное: сориентировался он неприлично быстро, и Бонду пришлось скрыться за массивным креслом от скупых прицельных выстрелов из пистолета-пулемета, используемого русской разведкой.
«Швед, говорите», — подумал Бонд, прикрывая голову стальным кейсом и нащупывая выемку в панели из красного дерева — Кью обещал, что именно здесь должен быть потайной ход на первый этаж.
Панель бесшумно отъехала в сторону, и Бонд скрылся в чернильном нутре.
Кейс был пробит пулями в трех местах.

2.10.
Кортес аккуратно достал кейс из тайника 9титановые вставки, двадцатизначный код): оставалось открыть его и достать шкатулку.
Кортес не был любопытен и не любил брать ненужную ему чужую собственность, и поэтому то, что было в кейсе помимо шкатулки, его не интересовало.
Это и сыграло с ним злую шутку.
Кортес обернулся на шум из-за двери и пропустил удар в солнечное сплетение.
Кейс выпал из рук, но, подхваченный его противником, не упал на пол.
Кортес успел увидеть холодные голубые глаза и краешек черного смокинга, прежде чем его обладатель вместе с кейсом скрылся за массивным столом.
Наемник зарычал и достал спрятанный «Кедр».
Поразительно, но снизу тоже доносились выстрелы.
«К счастью», - подумал он и прошил стол длинной очередью.

1.11.
Бонд почти вывалился из коридора прямо в холл с почему-то растерянно мечущимися слугами.
Возможно, виной всему был неистраченный адреналин, или то, что называют шестым чувством, но Бонд точно знал, что нужно уносить ноги.
В холле было дымно, и среди этого дыма, как казалось Бонду, происходила схватка. Как будто в фильме, который вместе снимали Нолан и Тарантино: черные тени рубились мечами с черными тенями с автоматами. И везде были брызги красной крови. Не хватало только Бэтмена.
Бонд тряхнул головой и поймал почти упавшую ему на руки Манипенни. Правда, кейс из рук он так и не выпустил.
— Валим? — почти светски поинтересовался он, уже отступая к двери.
— Валим, — кивнула она.
Бонд нащупал рукой резную ручку входной двери поместья и взвыл от боли.
Манипенни оттолкнула его и с почти священным ужасом уставилась на раскаленную докрасна медную дверь.
Позади разгоралось пламя.

2.11
Кортес пнул панель из красного дерева. Затем еще и еще раз. Даже выпустил по ней очередь. От бессилия, а не потому что действительно считал, что может причинить вред похитителю.
Прищурившись, наемник зло усмехнулся:
- Я знаю ваше имя, мистер Бонд.
Ему приходилось находить и не таких умельцев.
Снизу не было слышно не звука, но третий этаж заполнял самый настоящий дым.
Кортес сорвал с себя смокинг и приложил плотную ткань к лицу. Во второй руке, надежно упираясь в локоть покоился «Кедр».
Дойдя до лестницы Кортес понял, что ему не спуститься – все было в огне. Можно было попытаться выбраться на крышу и спуститься по водостоку, но все это уже было бессмысленно.
Почему-то Кортес точно знал, что он опоздал.
Когда перед ним возникло искаженное яростью бледное лицо с ярко красными зрачками, Кортес нащупал в кармане брюк брелок: «Если вы поймете, что выхода нет сломайте лапку на брелке, - Сантьяга небрежно кинул ониксовую безделушку с белкой, грызущей кучку орехов, одна из лапок выдавалась вперед, будто зверек загребал лакомство поближе к себе».

1.12
— Ни хера себе рвануло, — присвистнул Бонд.
На месте особняка догорало пепелище.
— Не выражайся, — Манипенни прижалась к нему плотнее, потом все-таки подняла голову и задумчиво изрекла: — Хорошо горит.
Агенты переглянулись. Помолчали.
— Мне холодно, — пожаловалась Манипенни, поправляя бретельку платья.
— А мне тяжело, — парировал Бонд, демонстрируя стальной кейс.
— Отдай смокинг, — попросила Манипенни.
Бонд вздохнул и укутал напарницу в пахнущий гарью и обожженный на локте смокинг.
Кейс из рук он так и не выпустил.

2.12.
Первое, что увидел Кортес, когда очнулся — белый потолок. Потом была стопка газет, белоснежный планшет (iРаd, дисплей Multi-Touch, последняя модель) и события в Лестершире. Новости говорили, что особняк лорда Блейка был взорван ирландскими террористами. Не выжил никто. В правом верхнем углу айпада вместо привычного крестика мигал значок «Тиградком». Кортес, как зачарованный, нажал на него, и перед глазами всплыла надпись: «Самая громкая за последние пятнадцать лет операция Темного Двора: убит кардинал Саббат Густав Луминар».
— Здравствуйте, Кортес, — послышался вежливый голос откуда-то справа.
Кортес повернул голову и увидел Сантьягу.
Тот сидел на обычном больничном стуле с таким видом, будто это был как минимум трон какой-нибудь европейской монархии. Позади него стоял очень похожий на него ( 30-35 лет, высокий, худощавый, тонкие губы, черные глаза) мужчина в темном костюме.
— Кто вы?
Сантьяга улыбнулся, вертя в руках сломанную безделушку — грызущую орехи белку со сломанной лапкой:
— Добро пожаловать в Тайный Город, Кортес, добро пожаловать…

@темы: а потом все умерли, а я в клинику лег на лечение, на 8 лет, ну, а я как всегда в белом, челы, этожбонд!